В «Песни об истинной вере» Синран говорит:
«Только Шань-дао прояснил истинное намерение Будды».
Шань-дао жил в Китае в эпоху Тан, в 613–681 годах, и стал одним из важнейших наставников буддизма Чистой Земли. Синран почитал его как одного из семи великих наставников, через которых было передано учение Чистой Земли.
Одно из самых известных его учений — притча о двух реках и белом пути.
Шань-дао приводит её в «Комментариях к Сутре созерцания», объясняя путь к рождению в Чистой Земле. Синран позднее полностью цитирует эту притчу в разделе “Вера” своего главного труда.
Итак, давайте разберем, о чем эта знаменитая притча.
Две реки и белый путь
Одинокий путник идёт по бескрайней пустынной равнине на запад.
Вдруг он замечает, что за ним гонятся разбойники и дикие звери, желающие его убить.
Спасаясь от них, путник бежит на запад, но неожиданно оказывается перед двумя огромными реками.
С одной стороны бушует река воды, с другой — река огня.
Обе реки глубоки и простираются так далеко на север и юг, что обойти их невозможно.
Между водой и огнём проходит лишь очень узкий белый путь, ведущий от восточного берега к западному.
Волны воды постоянно захлёстывают его, а языки пламени обжигают с другой стороны.
Путник думает:
«Если я поверну назад — меня убьют разбойники и звери.
Если останусь здесь — тоже погибну.
Если пойду вперёд по этому узкому пути — могу упасть в воду или огонь».
Куда бы он ни направился, ему кажется, что впереди смерть.
В этот момент с восточного берега раздаётся голос:
«Путник, решительно следуй по этому пути! Ты непременно избежишь смерти. Если останешься здесь, погибнешь».
Это голос Шакьямуни.
И тут с западного берега путник слышит другой зов:
«Путник, с единым сердцем иди прямо сюда! Я защищу тебя. Не бойся упасть в воду или огонь».
Это зов Амиды.
Услышав призыв с восточного берега и зов с западного, путник обретает решимость и вступает на белый путь.
Но, пройдя несколько шагов, он снова слышит голоса разбойников:
«Вернись! Этот путь слишком опасен. По нему невозможно перейти. Ты обязательно погибнешь. Мы говорим это ради твоего же блага!»
Но следуя голосу Шакьямуни, путник продолжает идти прямо по белому пути и наконец достигает западного берега.
Его радости нет границ.
Так заканчивается притча Шань-дао.
Что означает эта притча?
Сам Шань-дао подробно объясняет её образы так:
Восточный берег — этот мир, мир рождения и смерти.
Западный берег — Чистая Земля Амиды.
Путник — каждый из нас, блуждающий в круговороте рождения и смерти.
Разбойники и дикие звери символизируют различные стороны нашего обусловленного существования, которые препятствуют пути к освобождению.
Река воды означает жажда.
Река огня — гнев.
Вода и огонь постоянно захлёстывают белый путь, потому что человеческие желания и гнев возникают снова и снова.
Что означает белый путь?
У Шань-дао белый путь означает чистое сердце, устремлённое к рождению в Чистой Земле, возникающее посреди сильных желаний и гнева.
Почему путь такой узкий?
Шань-дао объясняет: жадность и гнев человека сильны, тогда как его благое стремление слабо. Поэтому воды и огня так много, а белый путь имеет ширину лишь несколько дюймов.
Синран толкует этот образ ещё глубже.
Он пишет, что «белое» означает чистое действие, направляемое Амидой, а «путь» — прямой путь, ведущий к высшей нирване.
Поэтому чистое сердце, устремлённое к рождению в Чистой Земле, согласно Синрану не является сердцем, которое человек создаёт собственными усилиями. Это то, что даруется силой Обета Амиды.
Голос Шакьямуни
Шань-дао объясняет, что голос с восточного берега — это голос Шакьямуни.
Шакьямуни уже ушёл в нирвану, поэтому мы не можем услышать его физический голос. Но его учение осталось.
Через Дхарму Шакьямуни указывает человеку путь к освобождению и направляет его к Чистой Земле.
Поэтому голос с восточного берега означает учение Шакьямуни, побуждающее человека идти вперёд.
Зов Амиды
Голос с западного берега означает намерение Изначального Обета Амиды.
Шань-дао передаёт его словами:
«Путник, с единым сердцем иди прямо сюда! Я защищу тебя. Не бойся упасть в воду или огонь».
Путник находится посреди бушующей воды желаний и огня гнева, однако зов Амиды достигает его именно таким, каков он есть.
Поэтому в этой притче спасение связано не с тем, что человек сначала должен уничтожить свои слепые страсти и только после этого отправиться к Чистой Земле.
Вода и огонь продолжают бушевать, но путь остаётся открытым.
Разбойники, зовущие назад
Стоит путнику вступить на белый путь, как разбойники начинают кричать: «Возвращайся! Этот путь опасен! Тебя обманывают!»
Они даже уверяют его: «Мы говорим это ради твоего же блага».
Шань-дао объясняет эти голоса как людей иных взглядов и практик, которые своими словами заставляют человека сомневаться в пути и пытаются вернуть его назад.
В более широком смысле в этом образе можно увидеть и сомнения и расчёты, возникающие в самом человеке.
Что означают «три смерти»?
Путник видит, что любой из возможных вариантов кажется смертельным:
вернуться назад — погибнуть;
остаться на месте — погибнуть;
идти по узкому пути — тоже погибнуть.
Он оказывается в положении, из которого собственными силами не видит выхода.
И именно тогда звучат два голоса: Шакьямуни направляет его вперёд, а Амида зовёт его с западного берега.
Согласно Синрану этот образ особенно ясно показывает положение обычного человека, наполненного жадностью, гневом и другими слепыми страстями, и путь, открываемый силой Изначального Обета.
Источники
- Шань-дао. «Комментарий к Сутре созерцания».
- Синран. «Учение, практика, вера, просветление», раздел «Вера».
- Синран. «Песнь об истинной вере».
- Jōdo Shinshū Seiten, 2005.
